Авг 2014 17

ЕЛЕНА АФАНАСЬЕВА: Добрый вечер! В эфире «Телехранитель», программа о сути телевидения, о тех, кто определяет и хранит эту суть. В студии Елена Афанасьева. Как всегда по воскресеньям говорим мы с вами о персонах, программах, событиях и антисобытиях, которые влияют на то, каким наше телевидение будет сегодня и завтра. Валдис в такт машет головой. Здесь Валдис Пельш, одна из заметных персон…

ВАЛДИС ПЕЛЬШ: Добрый вечер, уважаемые радиослушатели!

Е. АФАНАСЬЕВА: … нашего телевидения.

В. ПЕЛЬШ: Я просто вспомнил, что у Вас же идет съемка и можно видеть в интернете, происходящее, поэтому…

Е. АФАНАСЬЕВА: Да, да. Решили подыграть.

В. ПЕЛЬШ: Нет, я просто делаю фигуры, чтобы телезрители понимали, что я не новичок в прямом эфире.

Е. АФАНАСЬЕВА: Шоумен он вообще везде и на радио шоумен. Но Валдис сегодня в несколько непривычном для вас качестве, хотя вы как всегда заранее уже прислали вопросы и про «Угадай мелодию» и про все прочие проекты развлекательные. Мы будем говорить о документальных проектах, которыми, как я вижу, очень увлечен Валдис. И один уже на подходе. Да? Он называется «Люди, которые сделали мир круглым». Правильно?

В. ПЕЛЬШ: Сделавшие Землю круглой.

Е. АФАНАСЬЕВА: Сделавшие Землю круглой. Извините, еще не до конца выучила…

В. ПЕЛЬШ: Ну, ничего. Пройдет еще совсем немного времени, и это название будет отлетать от зубов.

Е. АФАНАСЬЕВА: И также у Валдиса есть другие мысли, идеи, о которых он нам расскажет. Валдис, почему вдруг такой крен из развлекательного телевидения в документалистику? Что случилось?

В. ПЕЛЬШ: Всему виной философское образование. Закон отрицания отрицания в действии.

Е. АФАНАСЬЕВА: Вот тут как раз Виктор Никитенко Вас и спрашивал на сайте: «Валдис, чем запомнился период обучения философии?» А он написал и прорвался…

В. ПЕЛЬШ: Снял с языка, что называется. Я достаточно давно занимался историей авиации, историей вообще как таковой. Наверное, могу сказать, что мой конек – это 2-я мировая война. И в какой-то момент я стал задумываться вообще над историей, над документалистикой. И в кабинетах… Не в кабинетах, в коридорах Останкино я встретил Диму Хаустова, замечательного телеведущего, который женат на внучке Георгия Филипповича Байдукова. И он мне рассказал историю, как был найден архив Байдукова. Найден он был совершенно случайно. На даче они решили сделать ремонт. И этот архив, он очень интересен. Дима предложил вместе подумать над тем, чтобы сделать из этого документальный фильм минут на 40. Ну, и вышло 4 серии по 50. Потому, что когда мы начали эту историю разрабатывать, то я к стыду своему понял, что я находился в таких же стереотипных рамках как, наверное, большинство населения нашей страны, которое знает, что Чкалов… Да, Чкалов летал, конечно. И с ним летал, ну, это уже для специалистов Байдуков и Беляков. Это я знал. Я знал, что летал Михаил Михайлович Громов. Но я не знал всех подробностей, как все это появилось, кто на самом деле был главным действующим лицом и моторчиком этих перелетов, и на самом деле кто установил рекорд. Чкаловский экипаж не устанавливал рекорды. Это уже заслуга экипажа Михаила Михайловича Громова. И нас стало это интересно рассказать историю, не изобилующую техническими подробностями, допустим, что такое редуктор винта, и когда на «АНТ-25», на этот рекордный самолет был установлен 3-лопастной винт взамен 2-лопастного.

Е. АФАНАСЬЕВА: По-моему, слушатели уже не понимают.

В. ПЕЛЬШ: Об этом мы не говорим в фильме, мы рассказываем истории людей. Истории людей, как нам кажется, заслуживающих внимание, заслуживающих почитания без сомнения, потому что в свое время да, им были возданы определенные почести. Хотя Громов на 30-летие, соответственно 67-й год, он пишет Юмашеву, что «сегодня день 30-летия нашего перелета, о нас в прессе ни строчки. Удивительно поучительная история для будущих поколений. Мое состояние в настоящий момент можно описать как ни жарко, ни холодно». И вот мы хотели этот фильм отчасти сделать в качестве дани памяти этим замечательным людям. Но там, я говорю, там нас поразило огромное количество человеческих живых историй о том, как они сами практически, ну, при помощи государства, но по своей инициативе взяли и сделали то, что казалось абсолютно невозможным другим. Всему миру.

Е. АФАНАСЬЕВА: Сейчас мы об этом поговорим. Я напоминаю, Валдис Пельш, хотя по голосу, думаю, вам представлять его не надо. Если у вас уже есть вопросы и реплики, наш смс-номер – плюс 7 985 970 45 45. Во 2-й части программы вы сможете задать вопросы и по телефону. Откуда такая любовь к небу, Валдис? Что это? Почему такая увлеченность? Вы и с парашютом прыгаете профессионально, насколько я знаю.

В. ПЕЛЬШ: Но нет, я любитель, но, в общем-то…

Е. АФАНАСЬЕВА: Ну, больше, чем любитель.

В. ПЕЛЬШ: … прыгаю неплохо.

Е. АФАНАСЬЕВА: Не то, что человек один раз в жизни собрал волю в кулак, пошел и прыгнул.

В. ПЕЛЬШ: Нет, у меня побольше прыжков.

Е. АФАНАСЬЕВА: Да.

В. ПЕЛЬШ: Чуть-чуть до 4-й сотни не хватило. 8 прыжков… Без 8 четыреста называется.

Е. АФАНАСЬЕВА: Откуда? Что это? И есть ли какая-то связь с тем, что Леонид Аркадьевич Якубович водит самолеты? Это что-то телевизионное?

В. ПЕЛЬШ: Просто мы с Аркадьевичем орлы, а остальные – сухопутные крысы. Вот и все. Все очень просто.

Е. АФАНАСЬЕВА: Понятно. Ну, так откуда взялось?

В. ПЕЛЬШ: Я не знаю. Меня… Вот я уже отвечал на этот вопрос в принципе достаточно часто. Но, наверное, я всегда, когда на него отвечал, был не конца искренен. Я говорил, что у меня вот два страха в жизни, очень сильных – это высоты и глубины. И поэтому я не перебарываю себя, я получаю колоссальное удовольствие, прыгая и ныряя.

Е. АФАНАСЬЕВА: И зачем почти 400 прыжков этот страх ушел? Или Вы каждый раз…

В. ПЕЛЬШ: Нет, он всегда есть.

Е. АФАНАСЬЕВА: Каждый из 400 почти раз?

В. ПЕЛЬШ: Я могу сказать, что я в этом году открывал сезон, вот я сделал в 1-й день четыре прыжка, три дались мне вот таким пересиливанием мандража, потому что я иду на взлет в машине, и я так понимаю, что меня вот так подколбашивает. Не трясет, но вот у меня мандраж.

Е. АФАНАСЬЕВА: То есть Вас не колотит перед выходом на сцену с музыкальной группой?

В. ПЕЛЬШ: Нет.

Е. АФАНАСЬЕВА: Вас не колотит в прямом эфире?

В. ПЕЛЬШ: Нет.

Е. АФАНАСЬЕВА: От чего многих людей бьет, нападает ступор, и они парализованные стоят с перекошенным лицом. У Вас это все легко, играючи. Но Вы нашли тот страх, который…

В. ПЕЛЬШ: Нет, если я распрыгался, я вот сезон открыл. Все, пошли прыжки. Все, у меня мандраж вот этот уходит. Но страх, который находится внутри тебя, точно так же как легкое волнение перед выходом на сцену или у Вас перед эфиром, он присутствует. Но Вы знаете, что это есть, и это хорошо. Это Вас контролирует. Это не дает Вам расслабляться, потому что, ну, наверное, 96-7 процентов всех несчастных случаев под водой и в воздухе – это человеческий фактор.

Е. АФАНАСЬЕВА: А ныряете тоже?

В. ПЕЛЬШ: Да, да.

Е. АФАНАСЬЕВА: То есть так вот насколько вверх, там и вниз?

В. ПЕЛЬШ: Нет. Там соотношение по высоте. Вверх – 4 тысячи. Ну, 6 300 у меня максимальная высота отделения. А в глубину – 112 метров максимальная.

Е. АФАНАСЬЕВА: Я поняла, что на телевидении, оказывается, ведущие есть, которые и туда, и туда. Я руками показываю: вверх и вниз. Для тех, кто сетевизор не смотрит. Яна Чурикова обожает подводные все увлечения. Макаревич – просто полупрофи. Почему тоже сюда людей тянет? Это жажда экстрима у тех, кто привык работать в прямом эфире?

В. ПЕЛЬШ: Нет, просто кто-то идет на горные лыжи. Кто-то занимается гольфом. Кто-то играет в пьяные шашки, что, заметьте, требует тоже определенной выдержки и концентрации. Кто-то идет прыгать и нырять. Надо сказать, что идут-то многие. Из начинающих обучение в парашютном спорте, один из пяти заканчивает это обучение, а продолжает в лучшем случае процентов 10 тех, кто закончили обучение. Просто большинство говорит: «Спасибо, все. Я себе все доказал».

Е. АФАНАСЬЕВА: Но для Вас этот… Мы перед тем, как зайти в студию, Вы мне сказали, что Вы этот фильм взялись делать сами и даже создавали компанию для его производства, потому что этот фильм я никому не отдам, сказали Вы.

В. ПЕЛЬШ: Да.

Е. АФАНАСЬЕВА: То есть это для Вас такая не чисто профессиональная история что-то сделать очень качественно, нормально, поставив свое имя, там показать в эфире, собрать рейтинг, заработать деньги, а что-то большее.

В. ПЕЛЬШ: Ну, во-первых, я этот фильм снимаю на деньги «Русского географического общества». Раз. И компании «ВТБ Страхование». Два. И еще… Я сейчас совершенно спокойно будут пиарить своих спонсоров. Вы ничего не сделаете. И компании «Транзит ДВ». Три. Я считаю, что я взял у этих компаний деньги, я перед ними ответственен, я должен сделать хорошую работу. Потому, что если я ее передоверю или ее будет производить некая другая компания, где главным человеком будет продюсер, перед которым будет отчитываться куратор, так скажем, моего проекта, то меня это устраивать не будет, потому что в какой-то момент может произойти ситуация, в которой мне скажут: «Надо снимать так, потому что так сказал мой начальник. А Вы, Валдис, извините, мне не начальник». Поэтому была создана компания. Я несу ответственность. И в случае если кино не получится таким, каким я его себе представлял и представлял его, рассказывая на том же медиасовете «Русского географического общества», то краснеть мне, грызть ногти мне и локти кусать мне.

Е. АФАНАСЬЕВА: Тогда такой вопрос: вот смотрите, это история для молодых людей, да даже для нас с Вами…

В. ПЕЛЬШ: На сегодняшний момент для Вас.

Е. АФАНАСЬЕВА: Ну, ладно.

В. ПЕЛЬШ: Для меня эта история близка и понятна.

Е. АФАНАСЬЕВА: Хорошо. В нашем детстве мы это знали также по черно-белой хронике. А уж современные дети, может, и хронику эту не видели. Потому, что в нашем детстве телевизору где-то в углу комнаты всегда работали, а у них на компьютерах свои программы и все прочее. Как Вы надеетесь… То есть Вы это делаете для кого? Для тех, кто эту историю знал…

В. ПЕЛЬШ: Для всех. Но естественно мы учитываем то, что молодежь воспринимает черно-белое кино, конечно, гораздо хуже. Ну, для них это просто экзотика какая-то, старье. Поэтому 60 процентов бюджета этой картины – это раскраска хроники. И Мы поразились, насколько вот Михаил Михайлович Громов, они… надо сказать, что они все были красавцами. Юмашев, Андрей Юмашев…

Е. АФАНАСЬЕВА: Это, наверное, самые видные мужчины Советского Союза были.

В. ПЕЛЬШ: Андрей Юмашев получил в Голливуде предложение сняться в одном фильме с оговоренным контрактом в 1 миллион долларов. По нынешним ценам это 15-17 миллионов. Ему предложили непрофессиональному актеру… Настолько у него улыбка в 32 зуба, я бы даже сказал 35. Они все были красавцами: Чкалов, Байдуков. Очень интересное лицо. Поэтому мы, кстати, в кино не делаем ни одной реконструкции, потому что найти человека с лицом Чкалова я не могу. И найти человека с фигурой и лицом Громова, потому что Михаил Михайлович был высокий статный красавец, чемпион СССР по гиревому спорту, конник, великолепно рисовал. Юмашевские картины, которые он рисовал в полете, висят в музеях. А его портрет балерины Лепешинской, с которой у него были очень тесные романтические отношения, он находится в Бахрушинском музее. Это прекрасный портрет. Они все были ужасно талантливые люди. Вот таких людей я в качестве актеров не нашел, ну, и вообще мне не хотелось делать реконструкции. Мы предпочли закопаться в архивы, и мы раскопали хронику, которую никто не показывал. Недавно вот на отсмотре 1-й серии я поймал себя на мысли, что я видел, а я посмотрел много хроники на тему история авиации, я видел 20 процентов из того, что я вижу в своем кино до этого. 80 процентов – это найденные, нигде не…

Е. АФАНАСЬЕВА: Где нашли? Где сейчас можно найти?

В. ПЕЛЬШ: Я Вам не скажу. Да Вы что? Это наша золотая жила. Ну, например, просто, чтобы вот Вы понимали, снято много фильмов о трагедии фильма «Максим Горький»… Фильма. Самолета. АНТ-20 «Максим Горький». Так вот кадров, где летчик Благин крутит мертвые петли, вот эти трагические, вокруг крыла, их не показывал никто, потому что была 100-процентная уверенность, что эти кадры смыты, стерты. Мы нашли кадры, когда Благин делает две петли вокруг крыла АНТ-20. Момент столкновения с самолетом отсутствует. Там оборвана пленка, причем видно, что ее оборвали руками. Сам момент крушения отсутствует, потому что эти кадры, наверное, действительно уничтожены. Но за секунду до катастрофы, мы нашли эти кадры. Хотя они не имели прямого отношения к нашему фильму. Нам нужно было просто рассказать историю, что… почему Громова не было за штурвалом АНТ-20 «Максим Горький». Может быть, если бы он был за штурвалом, то этой трагедии бы не произошло.

Е. АФАНАСЬЕВА: Итак, Вы упомянули, что Вы раскрашиваете хронику.

В. ПЕЛЬШ: Да.

Е. АФАНАСЬЕВА: А этого…

В. ПЕЛЬШ: Плюс мы рисуем комиксы…

Е. АФАНАСЬЕВА: Сейчас давайте поступательно ответим.

В. ПЕЛЬШ: Давайте.

Е. АФАНАСЬЕВА: А до этого энное количество лет назад появилась эта, не знаю, как правильно сказать, мода или что-то раскрашивать старые фильмы. И опят этот где-то был со знаком плюс, где-то минус воспринят аудиторией. Ну, условно говоря, если фильм «Золушка», который показывают 1 января, когда люди просыпаются, и дети его смотрят, достаточно позитивно приняли зрители. То, на другом конце намеренной реакции это раскраска «17 мгновений весны», которая была однозначно негативно воспринята, ну, а по середине все остальные фильмы, которые красили. К этому, так или иначе, привыкли. И телевизионные продюсеры говорят в таких случаях, что молодое поколение уже черно-белую картинку просто не воспринимают. И они хотят показать, что старое советское кино не менее интересным может быть, чем новое, только вот вы в него всмотритесь. Опытов по раскраске хроники я вот так и не слышала.

В. ПЕЛЬШ: Она была фрагментарная. Кто-то где-то использовал. Либо брали, компилировали черно-белый, ну, классический вообще пример компиляции – это парад Победы, который снимался целиком на…

Е. АФАНАСЬЕВА: 45-й год.

В. ПЕЛЬШ: Да. он снимался целиком на немецкую пленку «Акфа», но при проявке смогли сделать адекватную цветопередачу. Этот фильм 40 с чем-то минут. 16 минут цветной хроники.

Е. АФАНАСЬЕВА: Все остальное красили?

В. ПЕЛЬШ: Нет, все остальное черно-белое. Вот парад Победы, который мы смотрим, он черно-белый, и есть цветной кусочек. Так вот они воспринимаются по-разному. Если вы смотрите художественное кино, по большому счету вам, ну, наверное, это, конечно, важно, но это не архиважно знать, какого цвета платье было на главной героине. Но вот то, что самолет АНТ-25 Чкалова, у него были красные крылья. Про это знает сейчас очень мало кто. Самолет по-другому смотрелся совершенно.

Е. АФАНАСЬЕВА: Потому, что все помнят хронику, помнят возможные тексты…

В. ПЕЛЬШ: Там летит какой-то темный самолет с темными крыльями.

Е. АФАНАСЬЕВА: Все, кто смотрел даже фильм «Чкалов» всегда видят темный контур, догадываются, что звезды красные…

В. ПЕЛЬШ: Вы сейчас про какой фильм говорите? Про сериал или…

Е. АФАНАСЬЕВА: Нет.

В. ПЕЛЬШ: … про фильм 40-го года?

Е. АФАНАСЬЕВА: 40-го года.

В. ПЕЛЬШ: Так он вообще черно-белый.

Е. АФАНАСЬЕВА: Так я и говорю, что люди догадываются, что, вероятно, звезды-то там были, вероятно, красные, а вот все остальное, какого цвета даже в голову не приходит. Так какого цвета были самолеты?

В. ПЕЛЬШ: Кстати, этот фильм, мы просто специально перелопатили все дневники, там появляется молодой Райкин, который играет корреспондента американского, который спрашивает: «Мистер Чкалов, Вы богатый человек?» Он говорит: «Да, я очень богатый человек. На меня работает 170 миллионов советских людей, а я работаю на них». Мы узнали грустную новость. Этой фразы Чкалов никогда не говорил.

Е. АФАНАСЬЕВА: Никогда не произносил.

В. ПЕЛЬШ: Ее написал Байдуков.

Е. АФАНАСЬЕВА: Понятно.

В. ПЕЛЬШ: Байдуков был писатель. В чем еще прелесть огромная этих архивов и этих дневников, но надо сказать, что это было только начало. Потом мы нашли дневники Данилина, которые нигде не публиковались. Мы получили очень много материалов по Михаилу Михайловичу Громову. Так вот Байдуков был писатель, и он очень красиво какие-то вещи правдиво, а какие-то вещи он просто приписывал Чкалову, то чего ему… то чего он не делал. Но он считал, что Валерий Павлович, он должен говорить красиво. И в своих воспоминаниях он…

Е. АФАНАСЬЕВА: Это уже народный герой.

В. ПЕЛЬШ: Знаменитая фраза про две реки Миссисипи и Волгу, которая впадает в мировой океан, и таким образом объединяет человечество. Валерий Павлович этой фразы тоже не говорил. Но зато он делал… На самом деле мы стараемся говорить правду. Мы не лезем в личную жизнь. Мы не даем оценок характерам. Мы стараемся говорить правду. И нам кажется, нам удалось показать качество позитивно и очень действительно таких героических у всех персонажей, которые принимают участие в нашем фильме.

Е. АФАНАСЬЕВА: Александр Вам пишет: «Если тема Громова, Байдукова интересует, пусть Валдис посмотрит на канале «Культура» мой фильм «Полярный гамбит» 28 августа в 19:15».

В. ПЕЛЬШ: С огромным удовольствием посмотрю. И если там будет что-то интересного, мы у Вас это украдем, вставим в свое кино. Хотя, скорее всего, уже не успеем. Фильм к этому моменту будет сдан. Спасибо огромное. Запишу себе: канал «Культура», 28 августа.

Е. АФАНАСЬЕВА: Напоминаю, что это Валдис Пельш. Сегодня мы говорим с ним о его документальных проектах, в частности о том документальном проекте, которым он сейчас очень увлечен. Это проект о летчиках. Только о советских? Или там есть герои и не только советские?

В. ПЕЛЬШ: Нет, там фигурирует Джеймс Маттерн. Это американский летчик знаменитый. Там фигурирует знаменитый летчик Вилли Пост. Там фигурирует старший брат Сигизмунда Леваневского Юзеф Леваневский, который был польским летчиком и погиб под Чувашией, в районе города Ядрин разбился. Ну, конечно же, главные действующие лица – это Байдуков, Чкалов, Громов, Юмашев, Данилин, Беляков, Леваневский, весь экипаж Леваневского на Н-209 пропавший. И еще бы хотелось, конечно же, рассказать, вернее мы рассказываем, но хотелось бы напомнить, что были такие колоссальные фигуры как фигура Туполева, фигура Алксниса, которые двигали всю эту историю вместе с ними. И, конечно, они главные герои. Более того Вы знаете, что американская газета… журнал «Airplane» написал о перелете Громова, а рекорд дальности по прямой был установлен именно экипажем Громова. Именно экипаж Громова, а не Чкалова получил медали де Лаво. Так вот они написали, что этот рекорд жульнический, что они садились в Канаде и дозаправлялись там. Когда их спросили – сейчас я быстро закончу – почему, они сказали: потому, что этого не может быть.

Е. АФАНАСЬЕВА: Потому, что не может быть никогда. Это Валдис Пельш. Мы после «Новостей» вернемся, продолжим разговор.

Е. АФАНАСЬЕВА: Мы продолжаем программу «Телехранитель». В студии Елена Афанасьева. В гостях Валдис Пельш, который рассказывает о своих новых документальных проектах. Пока вот шла реклама, Валдис заглянул в компьютер, куда приходят ваши смс-сообщения. Еще раз напоминаю смс – плюс 7 985 970 45 45. Успел прочитать одно, отреагировал жестом. Придется реагировать словом. «Валдис, придя на «Эхо» Вы пали не ниже плинтуса, а ниже колена таракана, который под этим плинтусом», — пишет Таня, которая непонятно, зачем тогда это слушает, «Эхо».

В. ПЕЛЬШ: Ну, я на самом деле сделал такой жест «yes». Есть женщины в русских селениях. За что мы любим женщин? За их непредсказуемость и непонятность. В этом, наверное, их чарующее обаяние, как говорит мой земляк Ивар Калныньш.

Е. АФАНАСЬЕВА: Так вот продолжим все-таки разговор о Вашем фильме. И еще раз, чтобы я не перепутала называние…

В. ПЕЛЬШ: «Люди, сделавшие Землю круглой».

Е. АФАНАСЬЕВА: «Люди, сделавшие Землю…»

В. ПЕЛЬШ: Эту фразу сказал Вильямур Стефенсон, председатель американского клуба исследователей, в 37-м году, собственно говоря, рассказывая миру о перелете Чкалова. Он сказал, что до Вас Земля имела форму цилиндра.

Е. АФАНАСЬЕВА: За 1-ю половину нашего с Вами разговора очень много звучало фамилий, которые, например, я в детстве часть слышала, некоторые для меня новые, как мы говорили. А, в общем-то, для молодого поколения, я думаю, что, ну, может быть, фамилию Чкалов слышали в большинстве…

В. ПЕЛЬШ: Чкалов – слышали всех. Громов – слышали что-то. Говорят да, что-то слышал, по-моему, он даже летчик. Байдукова – еще меньше.

Е. АФАНАСЬЕВА: Или руководитель… У Путина работает в администрации Президента.

В. ПЕЛЬШ: Все-таки, Вы знаете, как ни странно, Михаил Михайлович Громов – настолько значимая фигура. Его вообще называли профессор.

Е. АФАНАСЬЕВА: Вопрос… Валдис, подождите. Вы погружены в тему…

В. ПЕЛЬШ: А почему Вы меня перебиваете? Я Вам рассказываю интереснейшие вещи.

Е. АФАНАСЬЕВА: Сейчас расскажите. Я хочу задать вопрос. Вот Дмитрий Мезенцев пишет: «А как рассказ о летчиках и авиации сделать интересным, увлекающим и нескучным?» Вот это, наверное, главный вопрос. Как Вы его делаете интересным и увлекательным и нескучным для тех молодых ребят, которые живут в другой реальности?

В. ПЕЛЬШ: Остается только поверить.

Е. АФАНАСЬЕВА: В советской не жили. Тем, чем эти летчики, вернее тем символом, которым были там для поколений наших с Вами родителей, не были. А новое ничего про них не знает.

В. ПЕЛЬШ: Но остается только поверить. Хотя в принципе можно работать, что называется, по стратам. Вот, допустим, банальная вещь – резиновая надувная лодка, которой пользуются рыбаки, туристы. 1-я советская резиновая надувная лодка была изготовлена специально для трансполярного перелета. Поэтому рыбакам и туристам нужно обязательно смотреть это кино. Таких история я Вам могу рассказать очень много. Допустим. История, когда чкаловский экипаж плывет из Америки в Европу на пароходе «Нормандия», за соседним столиком они видят Марлен Дитрих. И они знакомятся с ней. Надо сказать, что на тот момент времени интерес и внимание к Чкалову было гораздо больше, чем к Марлен Дитрих. И Валерий Павлович стал общаться с Марлен Дитрих. Что было дальше, все киноманы должны посмотреть, конечно же, все любители творчества Марлен Дитрих должны посмотреть кино и так далее, и тому подобное.

Е. АФАНАСЬЕВА: Женя пишет: «Описание крушения самолета «Максим Горький» есть в книге воспоминаний…»

В. ПЕЛЬШ: Описания. Хроники нет.

Е. АФАНАСЬЕВА: … «Москва. Испания. Колыма. Из жизни радиста». Вот бы эту судьбу экранизировать».

В. ПЕЛЬШ: Вы знаете, мы нашли очень много историй, и Дима Хаустов, которому, во-первых, я очень благодарен за то, что он кооптировал меня в этот проект, во-вторых, без него бы ничего не было, он в какой-то момент мне пришлось, что называется, бить по рукам, потому что Димка предлагал, а давай еще про Амалию Эрхарт расскажем. Это же тоже трагическая история. Леваневский, Эрхарт. Я говорю: «Дим, мы не можем снять сериал про всю историю человечества в целом».

Е. АФАНАСЬЕВА: Но хотелось бы.

В. ПЕЛЬШ: Да, мы должны сегментировать. Та же история летчика Куканова, который за полгода до челюскинцев, до эпопеи челюскинской совершил то же самое, только в одиночку. На своем самолете он со своим экипажем вывез 90 человек с 2-х пароходов зажатых во льдах. И эта история, она неизвестна никому. Дело в том, что пассажиры этих пароходов в основном были узники Дальлага, и было как-то неудобно рассказывать о том, как страна спасает зэков. Вот. Эта история очень просилась. Да много чего просилось.

Е. АФАНАСЬЕВА: Вадим спрашивает, пишет точнее: «Лебедевского забыли упомянуть».

В. ПЕЛЬШ: Лебедевский – это человек… Нет, он обязательно присутствует в нашем фильме, потому что мы рассказываем о феномене Леваневского, Сигизмунда Леваневского. И Леваневский был уже звездой к началу челюскинской эпопеи. Мы, конечно, рассказываем то, что Лебедевский 1-м обнаружил челюскинскую экспедицию. Он вывез первых. Но он разбивает после этого свой самолет. Все остальные на подходе. А в это время Леваневский, он ближе всех к Ванкарем, он летит на специально купленном флистере американском из Штатов. Прогноз очень неблагоприятный, но Сигизмунд Александрович хотел быть 1-м, хотел оказаться там. И он разбивает свою машину, вылетев в непогоду, и оказывается без самолета. Вот почему Леваневский не спас, не вывез ни одного из героев-челюскинцев. Но героя Советского Союза получил под номером 2.

Е. АФАНАСЬЕВА: «Валдис, а в процессе работы не пришлось столкнуться с упоминанием о легендарном мистике Бартини. Вот бы о нем сериал. Спасибо. Алиса».

В. ПЕЛЬШ: Напоминаю, Диму Хаустова и Вас, Алиса, я бью по рукам. Есть огромное количество интереснейших историй об истории авиации, об истории техники нашей страны, о людях, в 1-ю очередь о людях нашей страны. Но этот… Я говорю, мы хотели снять на 40 минут, 50. Получилось 4 серии по 50. Эта тема… вот мы ее закрываем. Мы даже не рассматриваем, хотя мы еще успели пообщаться с Валерией Валерьевной Чкаловой, которая не так давно ушла из жизни. Это дочь Валерия Павловича. Она занималась темой именно гибели отца. И у нее была своя теория заговора. И там тоже огромное количество материала, который проходил через наши руки. Мы специально всю эту тему отодвинули в сторону, потому что иначе мы бы тогда не сняли кино про то, про что мы хотели снять.

Е. АФАНАСЬЕВА: Если Вас сейчас, вот Вы придете, я не знаю, как пиарить фильм в какой-нибудь молодежной… Я все-таки возвращаюсь к молодежной аудитории, потому что мне почему-то кажется, что более возрастная и так будет смотреть. Ну, есть интерес к советской истории, ярчайшими страницами которой был… Вот если у Вас будет несколько минут перед такими оголтелыми подростками, детьми маленькими, что Вы скажите, почему надо… Про кого этот фильм? Почему…

В. ПЕЛЬШ: Я уже, когда мы начали снимать фильм, я не знал, с чего начать эту историю, как вот выйти к зрителям и что им сказать. Я начал задавать людям разных возрастов, и в основном это люди, которые считали себя достаточно образованными, я им начал задавать один и тот же вопрос. Я говорю: «Слушайте, ну, вот вы все знаете, что Чкалов куда-то летел, в Америку летел. Знаете?» Они говорят: «Да, знаем». Я говорю: «Скажите, а сколько часов он летел из Москвы до Портленда Соединенных Штатов Америки без посадки?» Ответ одинаковый практически. Говорят: «Ну, часов, наверное, 10. Нет, подожди. Это ж старые самолеты были. Не-не, конечно, больше. Я думаю, часов 13 они летели». И когда им говоришь, они летели 63 часа, причем эта кабина самолета не герметичная, она плохо отапливаемая и очень тесная. Вот в фильме «Чкалов» 40-го года, где они садятся на острове Отто, Беляков и Байдуков стоят за спиной у Чкалова, широко так смотрят, как он совершает посадку. Это невозможно. Я этот самолет облазил, единственный оставшийся АНТ-25, вдоль и поперек. И то, как менялись пилоты за штурвалом, это один залезал под другого, а 2-й сменяемый, он вылезал сверху. И мы это проделали. Так вот…

Е. АФАНАСЬЕВА: То есть они там спали во время полета.

В. ПЕЛЬШ: Спали, ели, жили, песни пели, трубки курили. Так вот когда люди узнают, что 60… Подожди, как 63 часа? Я говорю: «А Михаил Михайлович Громов до этого в 34-м году по замкнутому маршруту установил рекорд дальности, он летел 75 часов, ребята».

Е. АФАНАСЬЕВА: И часто…

В. ПЕЛЬШ: Все говорят: «Так, стой. Подожди. 63?» Да, 63 часа. Говорят: «Надо посмотреть». И это действительно история людей, которые сделали то, что мы сейчас воспринимаем, как… Да чем там? Долетели. Конечно, молодцы. На старой технике особенно, наверное, тяжеловато им было. Дело в том, что мы летаем сейчас над горизонтом погоды. То есть мы летим на высоте 10 тысяч метро в уютном салоне лайнера и получаем удовольствие.

Е. АФАНАСЬЕВА: Смотрим кино…

В. ПЕЛЬШ: Они летели на высоте 3-4-5 тысяч. Их болтало страшно. Они испытывали кислородное голодание. Они обходили циклоны. Если перед ними вставал высокий циклон выше 6 тысяч, все, они не могли через него пройти. Они должны были его обойти и долететь. И все они знали, каждый экипаж знал, до Северного полюса спасательная экспедиция может прийти им на помощь. Как только они проходят Северный полюс. Даже километров за 50 до Северного полюса, их не спасет никто. До канадской границы. Вот в Канаде, там их ждут. Но пройдя Северный полюс, они будут несколько десятков часов находится в зоне… Любая поломка – их просто не будет. И гибель самолета Леваневского, и то, что этот самолет не найден, тому подтверждение.

Е. АФАНАСЬЕВА: «Ваш фильм может вдохновить на подвиг», — пишет Евгений из Алтайского края.

В. ПЕЛЬШ: С огромным удовольствием я бы получил какую-нибудь новость о том, что кто-то… А! Кстати, я сейчас, наверное, слишком пафосно скажу, но это правда. Гагарин. Мы нашли текст его предсмертного письма, которое он написал своей жене, в случае если он не возвращается из полета. И мы нашли… Я цитирую практически по памяти: «Если быть, то быть 1-м. Так говорил Чкалов. Вот я и хочу им быть и буду им до конца». Там именно словами Чкалова он объяснял жене, почему он идет в полет, из которого может не вернуться.

Е. АФАНАСЬЕВА: «Настоящий самолет Чкалова, — пишет Владимир Стеин, — находится в его музее в городе Чкаловске».

В. ПЕЛЬШ: Совершенно верно.

Е. АФАНАСЬЕВА: «Маленький в сравнении с тем, что показано в фильме». Ну, об этом вот Валдис и говорил.

В. ПЕЛЬШ: Но размах крыльев 34 метра, это Вы считаете, маленький? Более того там находится два самолета. Замечательный музей с потрясающими сотрудницами. Мы влюбились. Мы три дня прожили в Чкаловске. Мы влюбились в них. Там стоят два самолета Чкалова. Это АНТ-25 и самолет, который был подарен Чкалову и Байдукову, каждому подарили в 36-м году за перелет на остров Ут, на Камчатку по персональному самолету. У них были свои самолеты в 36-м году. И я там говорю такую фразу, что… там еще стоит «Паккард» чкаловский. Я говорю, что, наверное, не было в Советском Союзе человека, который вот не глядя на этот «Паккард», не испытывал чувства колоссальной зависти. Представляете «Паккард» в 37-м?

Е. АФАНАСЬЕВА: Сейчас, наверное, представить нельзя, что…

В. ПЕЛЬШ: Но увидев, кто за рулем, наверняка человек говорил себе: «Эти заслужили».

Е. АФАНАСЬЕВА: А что это были за люди? Вот можно сравнить с кем-то из современной степени известности, славы и популярности этих людей?

В. ПЕЛЬШ: Ну, не знаю. Ну, из прошлых, наверное, Муслим Магомаев. Я не знаю, насколько сейчас вот это… Тот же экипаж Громова, вот они возвращаются в Советский Союз после своего перелета, и на границе на ходу в нарушение всех правил вскакивает пограничник в вагон, открывает дверь и влетает к ним, и говорит: «Товарищи летчики, поздравляю Вас со вступлением на советскую землю». 1-м поздравляю. Понимаете? 1-м. Вот для человека необходимо было нарушить все. Еще одна очень красивая история. Когда чкаловский экипаж заходит на посадку в Портленде, они видят, что их ждут. Они все боялись, что их самолет разломают на сувениры как самолет Линдберга в 27-м году. И тогда Валерий Павлович дает приказ Байдукову, Байдуков за штурвалом: «Уходи на соседний аэродром военный в Ванкувере», — это через реку. И американские корреспонденты, видя, что самолет уходит на соседнюю полосу через реку, они бросаются… А это военная часть. Они бросаются туда. Там ворота, и стоит часовой. Знаете, после каких фраз, слов он открыл им ворота? Что они ему сказали, чтобы он тут же открыл им ворота и пропустил их? Они ему сказали: «Открывай! Здесь сейчас будет твориться история».

Е. АФАНАСЬЕВА: «А Вы вспомните Бориса Стерлигова, штурмана 1-го самолета Москва – Нью-Йорк. У него есть книга», — пишет Сергей из Ростовской области.

В. ПЕЛЬШ: Отдельная великолепная история про… Но это был перелет с посадками. До этого уже совершались и кругосветные перелеты, и перелеты на очень большие расстояния, но с посадками. Уникальность этого перелета заключалась в том, что никто не планировал… Вилли Пост разбивается в 35-м году. Вилли Пост тоже планировал вот этот перелет через Северный Ледовитый океан беспосадочный. И после того, как его машина разбилась, и он погиб, американцы закрывают эту тему. Они говорят, что мы не готовы сейчас. Это зона, которая закрыта. То есть осуществлялись экспедиции на Северный полюс, пересекался Северный Ледовитый океан, но с материка, не из Москвы, а с острова Шпицберген до берега Канады. А тут в 37-м году наш самолет летит из Москвы… Вообще они должны были долететь до Сан-Франциско. Но они не долетели, чкаловский экипаж. Громов прошел Сан-Франциско. Громов прошел Лос-Анджелес. И на границе с Мексикой он радирует: «Топлива до Панамы». И они могли сесть тогда в Панаме. Но им не разрешили. Им потребовали садиться на границе с Мексикой. Они нашли небольшое поле под городком Санта-Джасинта и сели там. Громов потом сетовал, что Америка такая маленькая.

Е. АФАНАСЬЕВА: Рупрехт Вас спрашивает: «Зачем вообще нужно было делать этот перелет? Чтобы что? Просто как Дон Кихот во славу дамы сердца Софьи Власьевны, советской власти…»

В. ПЕЛЬШ: Рупрехт! Рупрехт!

Е. АФАНАСЬЕВА: Рупрехт – это постоянный слушатель.

В. ПЕЛЬШ: Дело в том, что, допустим, рейс Гонконг – Нью-Йорк летает по маршруту Чкалова – Громова. Рейс Москва – Лос-Анджелес летает по маршруту Чкалова – Громова. Это кратчайшее расстояние между нашими континентами. И эту дорогу проложили они для того, чтобы по этой дороге пошли… Надо сказать, что перелет Леваневского на Н-209, вот этот трагически закончившийся, по нашему мнению, где-то в районе мыса Барроу. Так вот это был уже 1-й коммерческий перелет. Они должны были долететь до Фэрбенкса. Дозаправиться и сесть в Нью-Йорке. Там была шуба – подарок госпоже Элеоноре Рузвельт. Там была икра в подарок. Там была пушнина. По слухам там была еще картина из Эрмитажа в подарок. Какая – неизвестно, потому что она пропала. Кстати, вот с Пиотровским бы поговорить.

Е. АФАНАСЬЕВА: Вспомнил, что нужно еще доснять.

В. ПЕЛЬШ: То есть через месяц после перелета Громова и через два после перелета Чкалова Советский Союз… Ну, конечно, это был бы не регулярный рейс. Но Советский Союз осваивал коммерческие рейсы в Соединенные Штаты без посадки.

Е. АФАНАСЬЕВА: Без подписи вопрос… реплика. «Очень интересно рассказываете. С нетерпением жду…»

В. ПЕЛЬШ: А представляете, как я в кино рассказываю? О!

Е. АФАНАСЬЕВА: «С нетерпением жду премьеры. Какое еще кино планируете снимать? И главное, где деньги в наше сложное время брать будете?» Ну, про деньги Валдис уже рассказал…

В. ПЕЛЬШ: Деньги?

Е. АФАНАСЬЕВА: … кто ему дал.

В. ПЕЛЬШ: Нет, надо сказать, что мы собрали 60 процентов… 55 процентов от тех денег, которые были нам нужны. Просто в какой-то момент мы начали снимать, потому что мы поняли, что дальше, ну, нельзя ждать. И сняли настолько вот ровно в нули. Вплоть до того, что гонорар, который «1-й канал» нам заплатит, он тоже уйдет на производство. И спасибо огромное «1-му каналу» за поддержку и за помощь. Без вас бы мы тоже не смогли бы. Я удивился, насколько… как тяжело достать деньги у ужасно богатых людей. Я разговаривал и с ужасно богатыми людьми. Ну, из 1-й десятки Форбс я разговаривал с тремя. Вот. Нет.

Е. АФАНАСЬЕВА: Им эти летчики…

В. ПЕЛЬШ: И Вы знаете, и как вдруг звонит человек, от которого ты помощи вообще не ждешь. Он говорит: «Я слышал про это кино. У меня есть возможность помочь. Я буду вам помогать». С нас за проход… вот бывшая академия Жуковского, дворец на Ленинградском шоссе. Там был эпизод, который нам нужно было снять. За то, чтобы нас пропустили в открытые ворота, с нас попросили 200 тысяч рублей. Сказали, мы вас пустим. Мы сняли перед воротами, не заплатив им ни черта. И в то же время сотрудники музея ЦАГИ, которые давали нам в руки… Нам очень важно было привезти в Чкаловск то, чего у них там не было. Допустим, секстант, который был у Данилина во время перелета, прибор, которым он пользовался во время перелета. И они нам его дали. Сказали только: «Не дай Бог, Вы его потеряете». Они нам все… вот помогали, чем могли. Абсолютно бесплатно, абсолютно вот открыто. И, кстати, очень удобно, если вы садитесь в «Сапсан», прозванивают ваш багаж обязательно, то есть он на просвет идет. И у меня тут спросили: «Что у Вас в багаже?» Я сказал: «Секстант. Показать?» Сказали: «Нет, нет, не надо». Это страшное слово. Поэтому если вы хотите что-то провезти без досмотра, везите с собой секстант.

Е. АФАНАСЬЕВА: «Валдис, привезите фильм в Жуковский. Здесь имени Громова…»

В. ПЕЛЬШ: Я знаю. Конечно.

Е. АФАНАСЬЕВА: «… Просмотр обеспечен», — пишет Анатолий.

В. ПЕЛЬШ: Я надеюсь, ну, во-первых, я… мы обязательно запишем на диски и в ЦАГИ, и в Чкаловск отправим всем тем, кто нам помогал. И Щелковский аэродром, который нам стал…

Е. АФАНАСЬЕВА: Извините, Валдис.

В. ПЕЛЬШ: Да?

Е. АФАНАСЬЕВА: Я рассмеялась, потому что прочла еще смску от Рупрехта: «Я так и не понял, кого Вы там играете. Неужели Чкалова?»

В. ПЕЛЬШ: У нас, кстати, завтра и послезавтра – два уже не крайних, а два последних съемочных дня. И я там сниматься не буду. У нас есть порядка 40 эпизодов, где актер читает дневники. Разные дневники разных авторов. И мы подговорили и очень рады, что Женя Дятлов согласился, Женю Дятлова, который сыграл роль Чкалова в сериале «Чкалов»… У меня очень большие претензии к этому сериалу. Но у меня а) нет никаких претензий к Жене Дятлову, который является замечательным актером, и мне ужасно нравится его волевое лицо. Так вот Дятлов будет играть. А все, что он не доиграет, сыграю я.

Е. АФАНАСЬЕВА: Вот так, Рупрехт. Так мы не доответили на тот вопрос, который был. Над какими еще документальными проектами…

В. ПЕЛЬШ: А!

Е. АФАНАСЬЕВА: … Вы работаете? Где смотреть?

В. ПЕЛЬШ: Нам нужно было общежитие вот период 40-50-х.

Е. АФАНАСЬЕВА: Для съемок?

В. ПЕЛЬШ: Да, для съемок. Я позвонил в приемную Виктора Антоновича Садовничего, он мне разрешил, потому что в университете вообще они не любят, когда там кто-то снимает. Это очень сложно получить разрешение.

Е. АФАНАСЬЕВА: То есть общежитие МГУ, оно как-то совершенно не меняется с 40-50-х.

В. ПЕЛЬШ: Совершенно. Там мебель 50-х… Там не всюду, но есть мебель 50-х годов. И зайдя в кабинет к Виктору Антоновичу, чтобы сказать ему огромное спасибо, я вот, знаете как? Остапа понесло. Я вдруг ему рассказал историю, которая у меня была в голове, но она была не оформлена. А оформилась она в разговоре с Садовничим. Я сказал: «Хочу снять документальное кино об университете, но не как о наукограде, о кузнице кадров, а как о городе, где живут люди. Они приезжают сюда 5 лет жить. У них есть традиции. У них есть улицы. Есть дверь, в которую ни один уважающий себя студент никогда не войдет. Есть истории, связанные с архитектурой этого здания, с памятниками. И, Виктор Антонович, Вам как?» Он говорит: «Отличная мысль. Привлекай меня». И сейчас мы уже расписали сценарий. И это будет действительно интересная история про Московский университет, который, я думаю, с теплотой посмотрят те, кто заканчивали Московский государственный университет, и с интересом те, кто не заканчивали Московский государственный университет и не видели, не жили вот в этом колоссальном таком каком-то городке. Вы знаете, что 1-й бейсбольный стадион в Советском Союзе был подарен Московскому государственному университету Токайским университетом, находился у нас на территории Ленинских гор?

Е. АФАНАСЬЕВА: Вот так.

В. ПЕЛЬШ: Тогда Ленинских. Сейчас Воробьевых.

Е. АФАНАСЬЕВА: Это, значит, Ваш следующий фильм?

В. ПЕЛЬШ: Да.

Е. АФАНАСЬЕВА: «А когда запланирована премьера? — имеется в виду вот того, о чем мы с Вами так долго говорили, фильм о летчиках. — Можно ли сделать осенью социальный показ на большом межрегиональном мероприятии для молодежи с Вашим участием или кого-то из съемочной группы». Но, правда, смс без подписи и без контакта.

В. ПЕЛЬШ: Ну, на счет показа регионального я повторяю…

Е. АФАНАСЬЕВА: Нет, межрегиональное мероприятие. Вот как сформулировано.

В. ПЕЛЬШ: По поводу показа на мероприятии, я повторяю, это 4 серии по 50 минут. Это вообще тяжеловато. Мы 7 сентября на «1-м канале» будет презентация новых проектов, которые увидят зрители. Мы приглашены. И, по-моему ощущению, по инсайдерской информации… О, пронеси! Главное, чтобы Эрнст не слышал. Вроде бы руководство планирует поставить… Константин Львович крайне не любит, когда кто-то говорит о его планах. Я сейчас очень сильно рискую. Но вроде бы по слухам это октябрь-ноябрь. Ну, я не знаю. Это в любом случае будет решать руководство канала. Так что если то, о чем я сейчас говорю, действительно правда, то, наверное, скоро зрители «1-го канала» увидят эту работу. Мне она ужасно нравится. Я ради нее из самолета выпал, между прочим.

Е. АФАНАСЬЕВА: Так? Самое интересное он оставил на последок.

В. ПЕЛЬШ: Очень быстро. Мы пытались воспроизвести… Это единственная мини-реконструкция, которая у нас есть в нашем фильме. Это история инженера Стомана. Вот о легендарности людей. Инженер Стоман, главный инженер проекта, полный георгиевский кавалер, два сбитых аэроплана в 1-ю мировую войну. Чудовищно суеверный человек. Перед каждым боевым вылетом шептал себе под нос: «Собьют, чувствую, собьют». И всегда возвращался. Перед каждым закатыванием АНТ на стартовую горку всегда бормотал: «Завалится, чувствую, завалится». Он всегда взлетал и возвращался. Так вот Стоман чинил в полете шасси, которое не выпустилось. По пояс в воздухе он торчал. Они прорубули обшивку. Его никто не держал, потому что все остальные в это время тащили канат. Стоман 4 часа болтался в небе. Мы решили воспроизвести эту ситуацию. На самолете Л-410 я попытался дотянуться до шасси, вот так высунувшись. Я вывалился из самолета на высоте 2 тысячи метров.

Е. АФАНАСЬЕВА: Ну, надеюсь, с парашютом.

В. ПЕЛЬШ: Естественно. Я же не дурак. А у Стомана парашюта не было.

Е. АФАНАСЬЕВА: И он дотянулся и 4 часа…

В. ПЕЛЬШ: Да. 4 часа они тянули ногу шасси и поставили ее на место.

Е. АФАНАСЬЕВА: Ну, вот вы уже понимаете, что смотреть фильм, ради которого Валдис Пельш вывалился… На какой высоте?

В. ПЕЛЬШ: 2 тысячи метров.

Е. АФАНАСЬЕВА: То, это уже заинтриговал нас Валдис. Ну, что? По степени Вашей увлеченности проектом, то, что ни в одну бумажку…

В. ПЕЛЬШ: Я сейчас вспомнил фильм «Гараж». Я за гараж Родину продал. Посмотрите кино, пожалуйста.

Е. АФАНАСЬЕВА: Ни в одну бумажку, ни в какой сценарий. И явно это не тот случай, когда ведущий вышел и прочитал написанный для него stand-up. Ну, что? Будем надеяться, что это же увлеченность передастся и зрителям Вашего фильма. Валдис Пельш в программе «Телехранитель». Прощаюсь с вами до следующего воскресенья.

В. ПЕЛЬШ: Спасибо огромное. До новых встреч! Смотри кино.

Источник

Оставить комментарий